Мы возвращаемся со вторым выпуском Beneath the Surface — официального подкаста Harlem Kitesurfing, ведущим которого является Льюис Крэтерн.
В этом эпизоде мы беседуем с Аароном Хэдлоу — одним из истинных пионеров кайтсерфинга, пятикратным чемпионом мира и главной движущей силой Harlem Kitesurfing.
Вместе мы подробно обсудим роль Аарона в бренде, что именно привлекло его в Harlem и как его колоссальный опыт продолжает формировать развитие продуктов Harlem и общее направление компании. Мы также затронем видение Аарона на то, куда движется кайтсерфинг в будущем — от роста спортивных достижений до глобальных перспектив индустрии.
Кроме того, в этот выпуск вошли вопросы от нашего мирового сообщества, что дает вам возможность услышать мнение Аарона по самым важным для вас темам.
И да… он оставил несколько намеков на то, какие новинки Harlem готовит в ближайшем будущем 👀
Слушайте на Spotify и Apple Podcasts.
Полный перевод интервью на русском языке ниже.
Льюис Крэтерн: С возвращением в «Beneath the Surface», официальный подкаст Harlem Kite Surfing. С вами я, Льюис Крэтерн. Сегодня к нам присоединится Аарон Хэдлоу — один из пионеров нашего спорта, многократный чемпион мира и ныне ключевая фигура в Harlem Kite Surfing. Мы поговорим о его роли в Harlem, о том, что привлекло его в бренде в первую очередь, и каким он видит будущее нашего спорта. Аарон, как дела?
Аарон Хэдлоу: Всё отлично, спасибо.
Льюис Крэтерн: Давай начнем с твоей официальной роли. Я вижу, что ты делаешь так много для бренда… Я даже заметил, что в твоей официальной подписи Harlem Kite Surfing пустое место, потому что у тебя так много обязанностей, что их сложно уместить во что-то одно. Мог бы ты назвать свою официальную должность?
Аарон Хэдлоу: Да, я думаю, всё идет к должности продакт-менеджера (менеджера по продукту). По сути, я им и являюсь, но, как я уже сказал, проектов очень много. Когда я только присоединился, я шел скорее как райдер с потенциалом перехода на ту позицию, которую занимаю сейчас. В моей жизни наступил период трансформации: от активного участия в соревнованиях к моменту, когда мой соревновательный опыт находит применение в создании продуктов. Официально — да, я занимаюсь продуктовой стороной, слежу за тем, чтобы всё сходилось по срокам, работаю с фабриками. Я практически полностью проектирую доски и, по-прежнему плотно занимаюсь тестированием вместе с Ральфом (Грёзелем). Так что под этим «званием» много задач. Но стоит отметить, что в первые годы я также выполнял роль советника. Тот опыт, который я получил, работая в Flexifoil более 10 лет с раннего возраста, дал мне понимание разработки кайтов, понимание бизнеса, того, как он работает, как продукты разрабатываются и продвигаются. А затем, в Duotone, была другая сторона — огромная компания, куда я пришел как райдер и старался давать обратную связь и видел полный цикл компании. Это дало мне отличное понимание того, где я могу давать советы: будь то управление командой, выбор успешных продуктов или проведение фотосессий. Я пробовал себя во многом, чтобы понять, где я наиболее эффективен.
Льюис Крэтерн: Ты перечислил уже пять ролей. То есть в начале ты не знал точно, какая у тебя будет роль, ты просто хотел вложить все свои знания в бренд?
Аарон Хэдлоу: Определенно. Я видел это именно так. С прицелом на то, что я окажусь там, где я сейчас, но не зная временных рамок. На самом деле это произошло быстрее, чем ожидалось. Алекс и Ральф понимали направление моего движения, и по пути я помогал в других отделах, делясь мыслями, как нам быть эффективнее и как правильно выйти на рынок. Когда я присоединился, команда была маленькой, сейчас она расширяется, но мы всё еще относительно небольшая компания с очень высоким влиянием на индустрию. Все работают на износ. Я рад помогать везде, где могу, но сейчас роль продакт-менеджера стала основной и требует полной ответственности.
Льюис Крэтерн: Я немного вижу твою закулисную работу, и это впечатляет, особенно в части разработки продуктов. Но я должен спросить: когда в жизни всё налажено, когда ты на одной работе долгое время (а в Duotone ты был лет десять), не было ли тебе страшно? Ты переходил от гиганта, где всё было понятно и «легко», в новый бренд. Ты нервничал?
Аарон Хэдлоу: Да, безусловно. Это был интересный момент. Ты хорошо знаешь бренд, тебе комфортно, но лично я чувствовал, что не реализую свой потенциал полностью. Это облегчило решение. Конечно, уходить от крупнейшего бренда в индустрии к относительно неизвестному — это риск, на который я бы не пошел, не видя огромного потенциала. У меня давние отношения с Ральфом по части тестирования, и я действительно хотел следовать этому направлению разработки продуктов, где я увидел потенциал фабрики Brainchild. Я хотел иметь возможность влиять на компанию. Не то чтобы меня раньше не слушали, но масштаб имеет значение: в маленькой компании твой голос слышнее. Было нервно, но я был уверен, что мы справимся.
Льюис Крэтерн: Иногда нужно рискнуть, чтобы достичь того, чего хочешь. Сейчас ты в Кейптауне, занят тестированием с Ральфом. Как выглядит твой день?
Аарон Хэдлоу: Каждый день разный. Типичный день в Кейптауне сейчас примерно такой: проснуться и начать общение с фабриками. Если я работаю над доской или аксессуаром, идет переписка с файлами, правки спецификаций, организация доставки прототипов для тестов. А потом звонит Ральф. Представим: «Эй, Аарон, это Ральф! Погнали тестировать! 20 кайтов! Achtung! Давай на пляж, уже семь утра!». И начинаются долгие часы работы на воде.
Льюис Крэтерн: Со стороны люди думают, что это жизнь мечты — кататься весь день. Но нет ли в этом доли наивности? Бывают дни, когда тебе это не в радость?
Аарон Хэдлоу: Не всегда, определенно нет. В конце концов, это становится работой, как и любая другая. Конечно, мне повезло путешествовать и быть в индустрии, которую я люблю. Когда есть цель выпустить продукт, чувство удовлетворения по завершении всегда присутствует. Если коротко: дни долгие, но отдача огромная.
Льюис Крэтерн: Ты упомянул, что тестировал кайты даже зимой в Греции, в одиночку при 40 узлах офшорного ветра. Это возвращает нас к слову «преданность», которое использовал наш CEO Алекс. Когда прототип кажется тебе хорошим, как ты переводишь это «чувство» Ральфу?
Аарон Хэдлоу: У нас выработался свой язык за долгое время. Нам повезло, что мы чувствуем кайт практически идентично. Это странно, но у нас одинаковый уровень понимания того, что делает кайт. Ключ в использовании слов, которые мы оба понимаем одинаково. Весь процесс начинается с четкой цели — каким должен быть этот кайт. Мы слушаем рынок, отзывы о текущих продуктах или ищем свободную нишу.
Льюис Крэтерн: Ты когда-нибудь споришь с ним? Бывали моменты типа: «Ральф, ну о чем ты думал?»
Аарон Хэдлоу: Разногласия редки. Мы можем спорить не о том, что кайт делает, а о том, каким он должен быть. В итоге он ведущий дизайнер, это его детище. Мы оба любим раздвигать границы эффективности снаряжения. Иногда мы заходим слишком далеко. Например, работая над моделью Peak: у нас были прототипы, которые были очень мощными, но сложными в управлении. Для себя я бы выбрал такой кайт, потому что знаю — в нужный момент он «выстрелит». Но обычно мы делаем шаг назад, чтобы сделать кайт более дружелюбным к пользователю, чтобы он давал уверенность для прыжков. Мы ищем баланс, чтобы топовые райдеры могли выжать из кайта максимум, но и обычный парень на пляже, который только учится прыгать выше, чувствовал уверенность. Вот этот баланс мы и ищем в нашей команде.
Льюис Крэтерн: Это, должно быть, сложно — оставаться объективным и не уйти в «туннельное зрение» только под свои нужды. Давай поговорим о будущем. На чем Harlem фокусируется в разработке кайтов для Big Air (биг-эйра)?
Аарон Хэдлоу: У нас есть варианты. Мы начали с модели Thrive, затем перешли к Peak — это пятибаллонный высокоэффективный кайт для биг-эйра. Thrive — это отличный универсал, а Peak — машина для прыжков, но мы всё равно работали над тем, чтобы он крутил лупы. Thrive прощает ошибки, луп у него более плотный и безопасный. Peak же — это нечто особенное, на нем можно катать в супер-сильный ветер с полным контролем. В маленьких размерах он гарантированно поймает тебя после лупа. Сейчас наш фокус — извлечь максимум производительности, сохранив уверенность. Если кайт может тебя «ушатать», ты теряешь уверенность и прогресс останавливается. Мы хотим, чтобы райдер мог постепенно опускать кайт всё ниже и ниже, зная, что он его вытянет. Посмотрите на прогресс Лоренцо (Казати) с моделью Peak — это и есть наше направление.
Льюис Крэтерн: Ты упомянул материалы. В индустрии сейчас много новинок: Aluula, ламинаты… Почему Harlem не использует Aluula?
Аарон Хэдлоу: Мы не используем Aluula, потому что соотношение цены и качества — важнейший пункт для Harlem. Мы хотим делать лучшие продукты в лучшем ценовом диапазоне. Мы чувствуем, что можем быть очень близки или даже лучше ведущих продуктов на рынке, но по гораздо более доступной цене. Мы используем технологию PRO Welded (сварные швы) и наш дакрон — это отличное сочетание жесткости и долговечности. Сварной каркас делает профиль купола жестче, но сам материал мягче, что дает «демпфированное» чувство комфорта. Кайт плавно проходит через порывы, но сохраняет торсионную жесткость. Мы смотрим и на другие материалы — Brainchild очень инновационная фабрика, там есть наработки по ткани купола и силовых элементов. Собственно, за этим потенциалом я и пришел в Harlem.
Льюис Крэтерн: Недавно вы представили фристайл комплект. Кайт Descent и доску Hadlow Pro. Почему вы посчитали это необходимым? И планируете ли вы расширяться в других дисциплинах?
Аарон Хэдлоу: Безусловно. С-кайты и вейкстайл — это моя страсть. Для меня это лучший вид катания. Грустно видеть, что он отошел на второй план. Я чувствовал, что сейчас самое время представить что-то новое, даже если это «проект для души» и мы не продадим его огромными тиражами. Технологии кайтов сильно изменились с момента выпуска последнего настоящего С-кайта много лет назад. С новыми материалами и сварными технологиями мы совершили огромный скачок. И в Harlem мы всегда создаем «полный пакет». Доска и планка идут как одно целое с кайтом. Мы с Ральфом разрабатываем доску Hadlow Pro специально под этот кайт. Если доска «медленная», а кайт хочет лететь вперед, у тебя есть лимит. Доска Ascent, например, быстрая, с отличным зацепом, чтобы раскрыть потенциал Peak. Это как сочетание вина с блюдом — одно влияет на другое.
Льюис Крэтерн: Люди часто не знают, сколько труда уходит на каждый размер кайта. Вы же не просто увеличиваете масштаб в программе?
Аарон Хэдлоу: Это безумие. Внимание к деталям зашкаливает. Мы говорим о миллиметрах, о разнице в полсантиметра в настройке расстроповки. Наша цель — сделать всё простым для пользователя. У нас есть идеальные пары. Можно катать на доске Launch с кайтом Peak, если хочешь мягкости, это будет великолепно. Но есть ультимативные связки. Мы используем одну планку одной ширины, но с двумя вариантами длины строп. Мы настраиваем все кайты от 5 до 13 метров так, чтобы они идеально работали с этой планкой. Если вы пересаживаетесь с 9-ки на 7-ку, вы должны сразу понимать, как она себя поведет. Мы также добавляем дополнительные «пигтейлы», чтобы вы могли подкорректировать длину, когда стропы со временем подсядут. Мы стремимся донести до людей: этот кайт лучше всего работает с этими настройками, этой планкой и этой доской.
Льюис Крэтерн: Можешь намекнуть, что ждет бренд в ближайшем будущем?
Аарон Хэдлоу: Думаю, можно об этом сказать. У нас планируется пара запусков. Мы работаем над лайтвинд-пакетом (для слабого ветра). Результаты удивили даже меня. Раньше я всегда хотел только штормовой ветер, а когда Ральф звал меня тестировать в 5-6 узлов, я думал: «О боже, это будет кошмарный скучный день». Но оказалось, что на воде может быть весело даже в таких условиях. И еще один большой проект — универсальный кайт, ориентированный на волны, очень интуитивный и прощающий ошибки. Я плотно погрузился в вейв-серфинг в последнее время, чтобы понять, что должен делать такой кайт и доска. Это будет отличный кайт и для новичков тоже, благодаря легкому управлению.
Льюис Крэтерн: Твои мысли о направлении спорта? Биг-эйр сейчас захватил мысли всех райдеров. Почему он стал таким доминирующим?
Аарон Хэдлоу: Биг-эйр зрелищен и прост для понимания на начальных этапах. Хотя сейчас он становится крайне техничным с перебросами доски, вращениями и временем зависания. Фристайл для меня всё еще остается самым техничным аспектом, но чтобы достичь там уровня «backside 7», нужно слишком много времени, усилий и идеальных условий. Биг-эйр лучше для спорта с точки зрения стороннего зрителя. Все мечтают летать, и в биг-эйре ты максимально близок к этому чувству. Люди прыгают на 30-40 метров — это высота десятиэтажного здания. Это впечатляет. Также переход к биг-эйру позволил молодым райдерам быстро достичь высокого уровня. Хотя сейчас техническая планка растет, и судить становится сложнее. Раньше мы смотрели на кайт, теперь — на райдера.
Льюис Крэтерн: Есть ли предел этому развитию?
Аарон Хэдлоу: Уровень просто «уплотняется». Как в Формуле-1: правила сближают всех, и борьба идет за доли секунды. В биг-эйре топовые райдеры, такие как Лоренцо, Дри, Джереми, постоянно находят новые способы инноваций. Но это становится всё труднее. Всегда есть риск: как далеко это может зайти? Это как во фристайл-мотокроссе: выигрывает тот, кто больше всех рискует, но цена ошибки — серьезные травмы. Возможно, какой-то новый продукт снова изменит правила игры. В биг-эйре у нас нет жестких регламентов на размер кайта или планки, как в гонках, здесь полная свобода.
Льюис Крэтерн: Какую роль играют такие события, как Red Bull King of the Air?
Аарон Хэдлоу: Огромную. Без конкуренции ты не ставишь всё на карту так, как на соревнованиях. В тренировках бывает состояние «потока», но настоящий рывок в уровне происходит во время ивентов. У меня были заезды на King of the Air, где я понимал: либо я приземляю этот последний трюк, либо я выбываю. В этот момент ты идешь на риск вопреки всему. Это двигатель прогресса любого спорта.
Льюис Крэтерн: Раньше в туре PKRA было по 10 этапов в год. Сейчас много разовых ивентов: Megaloop, Cold Hawaii, King of the Air. Тебе не хватает полноценного мирового тура?
Аарон Хэдлоу: Я немного разрываюсь. Общий чемпионат награждает универсального райдера, который стабилен в разных условиях в течение года. Когда я выступал, график был сумасшедшим, мы жаловались, что слишком много путешествуем. А потом, когда ивентов стало мало, мы поняли, как нам везло. Я бы хотел видеть солидный мировой тур из минимум 4-5 этапов и еще 2-3 крупных разовых события типа King of the Air или X-Games.
Вопросы от сообщества
Томас: Будешь ли ты снова участвовать в соревнованиях по биг-эйру?
Аарон Хэдлоу: Не уверен. Не списывайте меня со счетов. Иногда я смотрю ивенты и думаю: «Было бы круто». Никогда не знаешь, что может затянуть меня обратно. Официально я не на пенсии.
Виктор: Какой трюк сейчас должен быть победным в биг-эйре?
Аарон Хэдлоу: Я верю в мегалуп-хендл-пасс. Но на приличной высоте и с определенным риском.
Бен: Самая частая ошибка средних райдеров при прыжке?
Аарон Хэдлоу: Тайминг. Желание прыгнуть за счёт кайта, тогда как главное — это работа кантом и положение купола. Когда ты это поймешь, прогресс станет экспоненциальным.
Том: Как хранение мокрого кайта влияет на цвета?
Аарон Хэдлоу: Это беда всех брендов. Иногда это неизбежно. Если упаковать мокрый кайт и оставить в жаркой машине на неделю — он пострадает. Я всегда стараюсь хотя бы частично размотать кайт дома в гараже или в фургоне, чтобы он проветрился. Берегите свое снаряжение, вы вложили в него много денег.
Ивана: Ты свободен (одинок)?
Аарон Хэдлоу: Нет, я далеко не свободен.
Йост: Кто выиграет Премьер-лигу?
Аарон Хэдлоу: Спросите меня, когда я снова начну выигрывать… Нет, этого не случится (смеется).
Виктор: Почему тебя зовут Azer (Азер)?
Льюис Крэтерн: Я отвечу! В Британии был знаменитый футболист Пол Гаскойн, его звали Gazza (Газза). У нас в футбольной культуре принято добавлять окончание «-za». Уэйн Руни — Wazza. Аарон — Azza или Azer. Это чисто английская фишка.
Блиц-опрос
Льюис Крэтерн: Один трюк, который ты хотел бы изобрести первым?
Аарон Хэдлоу: Slim Chance, хотя это было очень давно.
Льюис Крэтерн: Самый переоцененный трюк в кайтбординге?
Аарон Хэдлоу: Ох, не хочу никого обижать… На заре развития я бы сказал, что кайтлуп-уанфут или кайтлуп-бордофф были переоценены, но они стали важной ступенью.
Льюис Крэтерн: Против какого райдера ты меньше всего хотел бы выйти в финале King of the Air?
Аарон Хэдлоу: Лоренцо Казати. Он просто машина!
Льюис Крэтерн: Если бы ветра не было совсем, какой спорт?
Аарон Хэдлоу: Сейчас это гольф или горный велосипед.
Льюис Крэтерн: И финальный вопрос: что Harlem делает в дизайне, чего люди никогда не замечают?
Аарон Хэдлоу: Уровень проработки деталей и точность измерений в расстроповке купола. А также работа над гибкостью досок. Наш технический склад ума и то, как работает Ральф — это очень глубокий процесс. Мы добиваемся того, чтобы каждый кайт в линейке ощущался идентично по ДНК. Скорость развития нашей линейки сейчас уникальна.
Льюис Крэтерн: Спасибо, Аарон! Это было эпично. До новых встреч!
Кайты и Винги
Аксессуары
Доски
Трапеции